Пройдя необходимые экзамены: рисунок (натюрморт из геометрических предметов), живопись (натюрморт из бытовых предметов), композицию (этикетка конфет "Сибирские") и общеобразовательные - историю с диктантом — все в здании музыкального училища на Ядринцевской — все студийцы поступили на 1 курс

Курс, в том числе и из-за малых аудиторий — в театральном училище — разбили на 2 группы. Группы решили делать смешанного возраста. В каждой было почти равное количество учащихся окончивших 10 классов (тогда - полное среднее образование) и 8 классов Мне было уже 24 года. Такого же примерно возраста, как я было еще несколько человек. Два человека были старше. Лида Петрунева (третья справа), закончившая уже НГУ, математик, работала в институте аэрогидродинамики. Тогда еще были ЭВМ с перфолентой. И Борис Ергалиев (справа), башкир, выросший в детдоме. Молодость его прошла в Казахстане, где он работал на сеялке. В армии оказался в Новосибирске, в 17-м городке, где познакомился со своей будущей женой, и остался в Новосибирске. Стоят: Плотникова Елена, Роскосы Олеся и Оксана (в одинаковых пальто), Суворова Ольга, Капелюшина Марина, Задорожная Екатерина, Елена Лебедева, Марина Вишнякова, Лида Петрунева, Наташа Кузнецова, Борис Ергалиев, справа сидят: Андрей Колосов (из г. Кызыла), Александр Кобцев

По традиции тех лет учеба начиналась с сельхозработ. Затем нам показали заброшенное здание - дом купца Маштакова, которое после ремонта должно было стать родным училищем. Там кажется была конюшня: весь пол был усыпан опилками.

 

На первом курсе мы занимались в театральном училище на улице Октябрьской. "Театралов", как мы называли будущих актеров, мы в основном видели сидящих на подоконниках и "стреляющих" закурить (они всегда "бросали курить"). Многие из них не имели жилья и жили прямо в театральном училище, этакой коммуной.

В двух комнатах театрального училища одна комната была проходная, для рисунка - метров 12, другая – для живописи чуть больше, и у нее — окна с двух сторон Зимой живописью можно было заниматься только 4 часа. Гипсов было мало, их приходилось заказывать через директора музыкального училища Натюрмортный фонд создавали, неся из дома все подряд удивительно вообще как уговорили взять нас под свое крыло директора музучилища!

комната рисунка

На первом собрании после зачисления мама Оксаны Камыниной так расчувствовалась, что выставила бутылку водки. Чернобровцев, хмуро сказал: - "Давайте, чтобы у нас этого не было." Бутылку поставили в сейф, где она простояла какое-то время. Потом водку отдали "театралам", чтобы они нам хорошенько попозировали. После этого случая другие "театралы" стали приходить и проситься позировать. Был самый разгар сухого закона, спиртное было валютой. Впрочем, они охотно позировали и просто так. Иногда вечером устраивали посиделки: театралы пели "..и каналы тянут руки серые ко мне..", мы их рисовали. Вообще, соседство с ними было веселым. Самые свежие анекдоты, модные песни, все шло от них. Как иллюстрация: анекдот про "дизайнера Иванова", который мне рассказали, как свежайший в 1990-х, мы услышали от театралов еще в 1984 году.

 

 

В музучилище, куда нам приходилось ходить на общеобразовательные предметы, учащиеся, сидящие там и сям по закуткам со своими балалайками шарахались от нас, как от ненормальных, в ответ на просьбу посидеть минутку для наброска. Хватали свои дудки и убегали. За исключением "народников" всех остальных мы называли "замученные джазом", за их худобу. Те из нас, у кого было высшее образование - "откосили" от всех предметов. И даже от физкультуры - "профилирующего", как шутили сами музыканты предмета. Марина Капелюшина, закончившая перед поступлением к нам это самое музыкальное училище!?! - тоже легко отделалась. Те, кто поступал со средним образованием, вынуждены были ходить (причем, в буквальном смысле - где театральное, а где музыкальное!) на философию и физкультуру. Ну, а уж восьмиклашки и подавно - туда-сюда бегали.

Вызывает уважение тот уровень, на который утвердила этот, в общем-то, не главный (главный тогда был марксистско-ленинская философия) для музучилища предмет Альбертина Петровна - зав кафедрой физвоспитания. Все было четко по плану: если кросс - то все как один! Есть справка – ха-ха! – для тех, кто болел - отдельно кросс проведут! Лыжи - на лыжной базе, а не возле училища, в Центральном парке. Бассейн по плану — так будешь плыть, хоть с пенопластовой досточкой!

 

После физкультуры по субботам мы собирались в мастерской у Бори Ергалиева - он работал художником в Музучилище и расслаблялись, слушая истории друг друга, и особенно истории Ильи Фишера из его армейской жизни. Мой набросок "Илья рассказывает байки из армейской жизни" Санек Кобцев, Люся Кондратюк и Боря Ергалиев сейчас

 

 

Основных преподавателя было два: Александр Сергеевич (декан - композиция) и Наталья Владимировна (рисунок, живопись). Вскоре появился третий - Кириллов (шрифты, композиция). Кириллов был выдающимся художником-шрифтовиком, с колоритной внешностью академика (усики, бородка клинышком, берет). Он постоянно курил болгарские коротенькие сигареты "Шипка" по 20 копеек, прикуривая одну от другой. Как методист-преподаватель он был "никакой". Но как личность оказал на нас колоссальное влияние, привив нам любовь и тонкое отношение к шрифту. Понимание что такое ширококонечное перо, почему русское "И" не отражение латинского "N" и другие профессиональные тонкости. Почти все перебывали у него дома. Девочки помогали, чем могли: иногда варили, прибирались, ходили за продуктами. А он сидел за наклонным столом, поглядывая в стоящий перед ним маленький телевизор "Таурус", дымя Шипкой и правил наши работы. Он не мог научить, но мог сделать за нас. Многим он, увлекаясь, делал полностью задания. Его надо было останавливать. Перед просмотром, ночью, в здании музыкального училища, он многим полностью исправил то, что они понатворили.

Оценивая наши работы по композиции, Чернобровцев и Кириллов часто имели прямо противоположное мнение. Со второго семестра прибавилось фотодело. Его вел член Союза журналистов Завражный, говоривший: Мое призвание быть следователем!

 

И макетирование: Сазонов из СибСтрИна играл на дудочке и заставлял клеить кубики. После него свой курс провел дизайнер Булатов Семен Егорович. С ним мы клеили макеты. Назывался курс - объемная пластика. Он был маститый дизайнер. Участвовал в разработке интерьера ТУ-144, мотолодки "Обь" (завод от дизайна ничего не оставил, поскольку делались лодки из отходов основного производства), магнитофона "Комета", салонов городского пассажирского транспорта и др. проектах. Борис Ергалиев и Виктор Хорошилов Виктор Хорошилов трагически погиб ПРЕССА о Боре сейчас: Возвращение в Уфу этого интересного модерниста ознаменовалось выставкой в одном из залов Союза художников. Фарид Ергалиев родился в Сибае, художественное образование получил в Новосибирске, периодически живет и работает в Уфе. Нынешняя выставка, несмотря на заявленную серийность (мотивы серии были навеяны музыкальными композициями), дает общее представление о творческой манере автора. читать дальше

 

Окончание 1 курса твердо решили отметить. В те далекие времена девушки были стыдливы и целомудренны, поэтому ни о какой вакханалии, как сейчас, не могло быть и речи. Договорились просто покупаться, отдохнуть, перекусить на берегу Ини, лучше узнать сокурсников из другой группы. Начиналось все, как и было задумано,.. а кончилось тем, что двое наших встретились в вытрезвителе, куда попали из разных мест города. И директор музучилища (святой человек!) их "прработав", простил. Виктор Хорошилов Илья Фишер

 

Осенью, на втором курсе стал быстро захватываться не тронутый ремонтом второй этаж здания училища. На нашем курсе было только 2 иногородних, второй курс добавил еще несколько человек, не имевших в городе жилья. Само собой образовалось общежитие, стихийно создавались личные и совместные мастерские. Капелюшина Марина

шарж на меня Младенцева

Рядом - магазин "Под часами". Мы иногда там пили кофе. Придя однажды перед открытием после обеда (тогда все магазины, даже продуктовые, закрывались на обеденный перерыв), мы увидели чудовищную даже по тем временам толпу мужиков. Оказалось, привезли чешское пиво. В то время был один сорт пива - Жигулевское. Сейчас это можно сравнить с тем, как если бы к нам вдруг занесло суперзвезду, и она дает всего один концерт. А потом еще девочки облагородили курилку, и она превратилась в комнату отдыха. Тут приятно было посидеть за чашечкой кофе или чая, рассуждая о судьбах искусства. Туда заходили и преподаватели, Кириллов любил посидеть, поговорить с девочками. А Времена-то были какие! Жуть! Сухой закон. Рядом - магазин "Под часами", мы иногда там пили кофе. Придя однажды перед открытием после обеда (тогда все магазины, даже продуктовые, закрывались на обеденный перерыв), мы увидели чудовищную даже по тем временам толпу мужиков. Оказалось, привезли чешское пиво. В то время был один сорт пива - Жигулевское. Сейчас это можно сравнить с тем, как если бы к нам вдруг занесло суперзвезду, и она дает всего один концерт. Кто-то один из нас не был раздавлен толпой, а донесен и прибит к прилавку (вторым или третьим!) и передал по верху, по рукам толпы ящик пива Праздрой (12%) товарищам стоявшим у магазина.

После городского пленэра, осенью мы вошли в "свое" здание и начали там обживаться. Нам "отремонтировали" первый этаж - там был большой зал, разделенный перегородками на две комнаты.

Наверху ремонт не делали, там вскоре пышным цветом расцвела богема. Начался курс истории, который Александр Сергеевич уговорил вести искусствоведа картинной галереи Косенкову Ирину Леонидовну. Она много времени посвятила истории древнего мира, в частности петроглифам Сибири, даже ездила в экспедиции с академиком Окладниковым по Енисею, изучая наскальную живопись. Набранный следующий за нами курс оставили в Театральном, там теперь была "учебка" с Натальей Владимировной. Она "ставила" всем рисунок. Но часть занятий у 1 курса проходила "у нас". Михаил Лямкин (следующий за нами курс) вспоминает: "Второй час идут занятия; время от времени через аудиторию проходят какие-то заспанные рожи".

Это мы! Кто подъезжал с улицы, кто спускался со второго этажа. У нас появился новый преподаватель по живописи и рисунку Николай Айзикаев, закончивший Пензенское училище, затем Мухинское. Диалог с учащимся(У): У- Не вижу цвета! А: - Не видишь?! Беги за водкой! Сразу увидишь. В рисунке часто возникала ситуация, когда не могли выставить свет на постановке так, как было в прошлый раз. Айзикаев открыл для нас важную истину: Что вы носитесь с этим светом?! Вы поймите - как бы свет не менялся, форма остается той же! Можно вообще свет выключить; что, форма от этого изменится?! На живописи, когда жаловались, что начинали при дневном свете, а дописывать приходилось при искусственном (или наоборот): - Отвернитесь вообще от постановки, выберите себе палитру из нескольких красивых смесей и пишите!

Однажды студентку художественного ВУЗа, приехавшую ненадолго из Ленинграда, пригласили провести у нас урок, чтобы проникнуться столичными веяниями. Она была человеком фанатично преданным искусству, поступившая в институт чуть ли не с седьмой попытки. Соорудив длинный ряд из натюрмортов, переходящий из одной комнаты в другую, она что-то чертила мелом на полу, вдохновенно говоря о перетекании объемов, воздухе между предметами и т. п. Мы были ошарашены ее напором. Это было не о методике и не о технике, а о чем-то другом, ближе к философии искусства. Подробностей не помню, но мы прониклись.

Этот урок, а также уроки Айзикаева, к несчастью, он вскоре тяжело заболел и не смог преподавать, настроили нас на более свободное видение натуры. В контраст к этому через пару недель появился преподаватель рисунка из СибСтрИна, который только и мог говорить буквально следующее: "там, где тень - штрихуйте; там, где свет - вытирайте резиночкой", и очень тщательно выставлявший свет на постановках. Неделю мы выдержали, потом попросили этого преподавателя убрать.

Вот такие были крайности. И после очередного просмотра Александр Сергеевич Чернобровцев сказал, что такой подход к живописи годится, может быть для ВУЗа, но не для училища. Надо сначала научиться изображать как можно ближе к оригиналу.

Придя после зимних каникул, мы обнаружили, что батареи в здании не работают. Оказалось, это один из наших студентов, устроивших себе нелегальную мастерскую на втором этаже, Слава Брюханов, устроил потоп и разморозил систему. Он брал воду из батареи и заснул, не закрыв кран. Хорошо, хоть не сжег! Пришлось нам переезжать в другое здание, которое готовили к ремонту Слава Брюханов

тогда Кукольный выглядел так Сейчас там кукольный театр. Это возле "Кобры". Тут было очень весело! Натурщики-поэты, милые алкоголики из Сокура не давали нам скучать

Стали обживать здание будущего Кукольного театра. Преподавать рисунок и живопись Чернобровцев пригласил Владимира Михайловича Гранкина В здании вскоре точно так же понаделали мастерских и закуточков Борис Ергалиев и Владимир Михайлович Гранкин

Натурщиками работали Владимир Маковский, дальний родственник тех самых, и его знакомая, Людмила, у которой он жил в Сокуре. Маковский закончил Московский университет, физмат, знал много хороших (тогда еще запрещенных - Ахматову, Цветаеву, Мандельштама, Галича) стихов, цитировал их наизусть, сам писал стихи.

Хотя на многих он производил впечатление ненормального, превосходно играл в шахматы. У него невозможно было выиграть, даже когда он бывал изрядно подшофе. Что особенно впечатляло: он предупреждал через сколько ходов противнику будет поставлен мат. "Зациклился" он на том, что хотел создать "Теорию ВСЕГО".

К нему вскоре стали приходить его друзья по литературному объединению, часто не совсем трезвые, но кто из нас без греха? К тому же - поэты! Что с них взять. При этом все было чинно-благороднго. Обычно до обеда все было нормально, алкоголь тогда продавали с 14 часов, после обеда натура засыпала, позируя.

Однажды мы зашли в класс после перекура, смотрим, девушки со смешками выходят из помещения. Оказалось, Маковский, позировавший в плавках, слегка расслабился после обеда и заснул как-то неудачно; да так, что у него вывалилось все "хозяйство" наружу.

Его подруга Людмила была с переломами. Она говорила: моя литературная тема - зэки. У кого-то из них она брала интервью, и пришлось выпрыгивать из окна.

творчество А. Кобцева

Троих "ребят" - Бориса Ергалиева (33г.), Виктора Хорошилова (28л.), и Сашу Кобцева (17л.) - отправили подготовить все для проведения пленера.

12 июня 1986 года

Накатили за первый этюд. Прилежно выполняя распорядок дня, хранящийся в голове у Витька в 23.30 разведчики устроились на ночлег в кабинете директора. В 24.00, строго по расписанию, все трое спали, как пожарные кони, завернувшись в поролон и обрывки драпировок, подсунув под себя общественные табуретки. Спалось погано, ой погано!..

13.06.86 Тринадцатое число не преминуло сказаться на здоровье всех и, особенно, Бориса. Который, идя на двор, яростно боролся с головокружением, стараясь сбить как можно меньше гипсовых статуй в полутемном коридоре художественной школы. Но не прошло и дня, как влияние проклятого числа отпустило. Зато Витек чувствовал себя все хуже. Дважды накатил - чутка отлегло. Под это дело сходили в баню, купив по дороге мячик, для игры в "бей-беги". Отметили баню и покупку, клянясь, что завтра же начнем работать по-настоящему. А щас еще по разу! Ночью разыгралась жуткая гроза. Темно-розовое небо то и дело разрезалось длинными острыми бликами молний, а ветки скукоженных под порывами ветра деревьев отчаянно хлестали в стекла окон. Но все перебивал брейк, изрыгавшийся с не менее страшным скрежетом из раздолбанного магнитофона. В 24.00 - Отбой. На эту ночь взяли из кабинета директора партию затасканных штор. Ночью-то - "колотун".

14.06.86 08.30 - Подъем. Умывшись из чайника, лениво поплелись на школьный стадион проводить футбольную разминку. Мячик пинали молча, особенно Витек. По размокшей земле было трудно передвигаться. Борис и Санек часто падали, пытаясь проявить свои скоростные качества.Завтрак, обед, а иногда и ужин совмещали, так как начали ходить на этюды, несмотря на мошкару и бродящих где попало коров. Вечером ветер сначала скис, а потом ударил гром и… накатили. - Ладно,- сказал Витек, отрезая кусман деревенского каравая,- завтра завязываем! Неожиданно выяснилось, что директор запер свой кабинет. Теперь на каждого приходилось по два листка тонкого поролона и по одной шторе. Надели на себя все, что было.

15.06.86
С утра шел дождь, поэтому решили чуть-чуть отдохнуть, а завтра, вместе со всеми начать работать. Но вдохновение выгнало всех на этюды. Мы заметили, что здесь имеется одна хорошая традиция - по ночам льет дождь. Так было и в эту ночь, но продолжался и большую часть следующего дня. И вообще день начался с неприятностей: наша сборная по футболу проиграла бельгийцам, а Витек на 28-м году жизни обнаружил у себя седой волос. Но в целом адаптация к сельскому образу жизни проходила хорошо, за небольшим исключением. Боря стал говорить рифмами: таракан-маракан, крыса-мрыса и т. п. Виктор же, ходивший весь учебный год с грязными руками и днями ничего не евший, теперь не менее пяти раз в день моет даже бороду. А ест больше всех. Из экономии со столовой завязали. Устроили пир, накупив консервов и хлеба. Вечером, когда ослабевшее за день солнце окрасило облака в розовый цвет, коллектив снова взялся за мячик, страшно запинывая резинового друга о кирпичную стенку гаража. Борис 2 раза мощными ударами переносил мяч в чужие огороды. Около часу ночи, уставшие и голодные игроки, бросили кости на свои шелковые скользкие кровати. И каждый с грустью подумал, что это последний день спокойной жизни. Скоро приедут сокурсники и вместе с ними эта пустынная школа превратится в дурдом. Пусть не сразу, пусть постепенно. Но в дурдом, дурдом…

Сузун. Возле ДХШ

 

То ли власти решили, наконец, начать ремонт здания под Кукольный театр, а может, оно окончательно развалилось с нашей помощью, уже не помню, но оттуда нам пришлось уезжать, и нас приютила картинная галерея.

Здесь появились "львовяне" (Львовское художественно-промышленное училище) - Анатолий Крюков стал деканом, позже заслуженный художник России — гобеленщик (Иркутское училище, затем Львовское).

Преподаватели - Роман Вышинский, Крахмалев, Зинченко и Василий Захарук. К тем порам было уже три курса. Молодежь была разная: кто-то удумал кататься на скейтборде по длинному коридору на нашем этаже картинной галереи. Внизу как раз шла экскурсия. Прибежала тетенька, скандал. Пришлось делать внушение молодым.

Крюков заставил нас (монументалист!) делать рисунок фигуры не на пол-листа, как было раньше, а на полном, а лучше - больше (приобретая рулонный ватман), мотивируя тем, что, чем меньше размер, тем проще скрыть ошибку в построении. А надо, в идеале, чтобы этих ошибок не было вообще.

последний просмотр

Гранкин вел у нас рисунок и живопись. Видя, что кто-то сачкует, он говорил: "Порисуй, родной, хуже не будет!" Поэтому мы стали звать его "родной". - "Родной-то пришел?". Архитектурную композицию преподавала Альбина Павловна Паутова (Московский художественно-промышленный институт, б. Строгановское). Кобцев ее прозвал "клаузура" - это первое упражнение, которое задала нам Альбина Павловна на своем занятии - создание фактуры с помощью всяких нетрадиционных материалов: соли, сахара, крупы, риса.

Репортаж

Заплывы начались при огромном стечении народа согнанного со всего города. Буквально не было такого района,

который не прислал бы своего представителя.

Спор за первенство разгорелся прямо-таки с первых же 2-3 часов соревнований. Вперед вырвался ослепительно

оранжевый пловец, контрастно выделяющийся на незамутненной зеленой глади хлористой акватории. Но! Внезапно,

ему "перекрыло кислород" - видимо, спортсмен не покурил перед соревнованиями(?), хотя до победы оставались

считанные десятки метров!

Второй претендент на победу, уверенно раздвигая волосяным покровом воду, прибавил темп... и - вот…, вот она! -

заслуженная награда: теперь он может раньше всех уйти домой! Что он и сделал.

Да, так поступают настоящие художники своего дела.

Чемпион доверчиво признался нам, что если бы не постоянная загруженность творчеством, он проплыл бы еще

быстрее и, соответственно, раньше бы вернулся к любимым тюбикам и красочкам.

Заканчивая репортаж, хочется пожелать всем "болельщикам", которые не явились на этот замечательный праздник

спорта и которым теперь поставлены двойки, "побольше уделять, что и скажется!"

Интервью с победителем

Корреспондент (К) - Как Вы оценивали свои силы перед

стартом?..........................................................................................

Ну, может, Вы были полны веры в них?

Победитель (п) - НУ (утвердительно)

К - Вам помогли в борьбе за победу ваши творческие

дела?.................................................................................................

Возможно, развили глазомер и укрепили руки?

П - НУ( с сомнением)

К - Ну, и традиционный вопрос: Ваши творческие планы

на ближайшую пятилетку?........................................................................................

Это правда, что, вдохновясь произведениями прошлого ("Тройка" Перова, "Три богатыря" Васнецова, и пр. и др.), Вы

решили создать крупномасштабное полотно "На троих?"

П - НУ (иронично)

К - Ну что ж, несмотря на немногословие победителя, мы получили впечатляющий портрет его личности. Хочется

напомнить, что Б. Шоу как-то заметил, что слово да (yes - по ихнему) можно сказать тремястами способами. Что уж

говорить про "НУ"!!

Р. Татаринов, А. Младенцев, В. Хорошилов